News Stories

Жестокий урок

pic_56817ee515a

Казалось (в том числе — и автору этой статьи), что события с COVID-19 развиваются по благоприятному сценарию, который известен по двум предыдущим эпидемиям, так и не ставшим пандемиями: SARS в 2003 году и MERS в 2012-2015 гг. Тогда, как сейчас вначале, всё развивалось примерно следующим образом: медики обнаруживают новое заболевание, вирусологи выделяют и определяют возбудителя, эпидемиологи принимают быстрые и эффективные меры для предотвращения распространения инфекции за пределы первоначального ареала (и если, как в случае с MERS, всё-таки происходит «прорыв», в данном случае — заболевание, изолированное в Саудовской Аравии, обнаружили в Южной Корее, то его быстро локализуют в новом месте, и пандемии не происходит). При этом, даже несмотря на то, что вакцины не созданы, врачи подбирают сравнительно эффективные методы лечения, молекулярные биологи быстро расшифровывают геном нового вируса (помню поучительную публикацию по расшифровке генома SARS, где в авторах числилось несколько сотен человек из разных стран мира — вместе и эффективно они в 2003 году сделали дело быстро и точно, хотя этот список авторов был чуть ли не длиннее текста публикации), благодаря расшифровке генома быстро (это, в общем, отлаженная процедура) создаются новые тесты и они помогают в борьбе с распространением инфекции. Какое-то время мне казалось, что всё будет точно так же и в случае с коронавирусом нового типа, обнаруженным в китайском городе Ухань. Долго казалось — но потом всё пошлó совершенно не так.

И сейчас уже настало время подвести некоторые итоги, так сказать — уроки, пандемии COVID-19. Пожалуй, если делать выводы, то следует признать главное: медицина и эпидемиология оказались служанками и заложниками политики и СМИ (а есть ли сейчас между ними чёткая разница? да вроде уже давно нет). Окончательно выяснилось, что проблема коронавируса нового типа — это не медицинская проблема и не биологическая проблема, а это в первую очередь проблема политическая и социальная.

Причём стала она такой стараниями множества политиков и «медиаперсон». Пока рано изучать и оценивать личную роль каждого из тех, кто принимал решения по противодействию коронавирусной инфекции, но уже можно сказать о последствиях этих решений. Социальные и политические потрясения оказались важнее, чем требования медицины. И, как только медицина стала служанкой политики, люди стали платить за это жизнями. В чём-то это как раз похоже на пандемию «испанского гриппа» в 1918-1920 гг., когда все решения диктовались необходимостью вести Мировую войну (даже в нейтральных странах), а не борьбой с распространением заразы. И даже после окончания войны политическая необходимость часто была важнее требований эпидемиологии. Но нас уверяют, что сейчас нет мировой войны, некоторые уверяют, что нет даже мирового экономического кризиса…

С медицинской и биологической точек зрения пока ситуация находится в рамках положенного при пандемии, которая как-никак есть стихийное бедствие. Да, есть жертвы; да, есть заболевшие. Но пока COVID-19 не догнал даже последнюю по времени пандемию «гонконгского» гриппа 1968 года, от которого, по разным данным, погибло от 300-340 тысяч до чуть ли не миллиона человек. Первая цифра считается доказанной, а вторая — уже оценка, которая, видимо, учитывает смертность всех тех людей, включая осложнения, которые можно было приписать гриппу, включая сезонный грипп этого года. Да и сейчас новая пандемия с трудом, за исключением двух-трёх точек на карте, вроде Нью-Йорка или итальянской провинции Бергамо, не даёт серьёзного превышения уровня средней смертности от обычных заболеваний — скажем, больше, чем в три раза. А действительно опасной для человечества пандемию, на мой взгляд, делает превышение смертности от неё в 10 раз и более. Тогда это — действительно бедствие, ради прекращения которого допустимо применять любые имеющиеся средства. Как в войне на выживание. Есть ли где то в мире сейчас (на начало мая 2020 года) такая ситуация в связи с коронавирусной пандемией? Пока точно нет. Даже вспышки в Италии и в США обошлись без применения чрезвычайных мер.

Но неправы и те, кого называют отрицателями коронавируса, «коронаскептиками» и «коронадиссидентами», кто утверждает, что этой болезни и связанных с ней проблем не существует: мол, это что-то вроде обычного сезонного гриппа… Нет, к сожалению, это не так. Просто ситуация пока не настолько страшная, как может показаться после данных, публикуемых глобальными массмедиа. Если в стране отсутствует более-менее нормальная система здравоохранения и нет эффективной карантинной службы, то возникает ситуация, действительно близкая к пандемии малой интенсивности. Ещё раз повторю, это первое официально объявленная и имеющая право на такое объявление, то есть соответствующим критериям ВОЗ (как бы ни скомпрометировала себя Всемирная организация здравоохранения в эти дни), пандемия XXI века. И, повторюсь, первая почти за 40 лет, с 1968 года (эпизоотии, вроде африканской чумы свиней, не в счёт, там своя специфика). Да и до того серьёзных пандемий за XX век немного. Такого кошмара, как «испанка» 1918-1920 гг., конечно, не наблюдается и, судя по всему, наблюдаться не будет.

Ещё один важный урок COVID-19: во многих странах необходимые противоэпидемические меры были приняты с запозданием и с не очень хорошей, это если мягко сказать, эффективностью. Действия, предпринятые для ограничения коронавирусной инфекции, нередко оказывались разрушительнее и опаснее самой болезни. Хотя баланс соблюдён, и катастрофической ситуации в Москве пока не наблюдается. По регионам России таких ситуаций тоже не видно. И будем надеяться, что всё пройдёт нормально, но многие мероприятия, об этом уже сейчас можно сказать, оказались либо избыточными, либо запоздавшими, либо теперь мы понимаем, что многое можно было сделать по-другому. Это — не критика действий правительства и не одобрение действий правительства, это — просто констатация фактов.

Возможно, через несколько лет эту пандемию, по здравому и беспристрастному анализу всех данных о ней, будут считать «учебной». Поскольку во всём мире, а не только в Российской Федерации, пришлось в «условиях, прибиженных к боевым» проверить работу служб гражданской обороны, экстренной медицинской помощи и т. д. Во многих странах мира уже выяснилось, где необходимо вносить какие-то коррективы, а где — система в целом справилась. Тут нельзя не отметить снова блестящие противоэпидемические действия, например, правительства Вьетнама. В очередной раз руководство этой не слишком богатой и весьма густонаселенной страны показывает просто чудеса в деле предотвращения эпидемии на своей территории. Как в 2003 году во время SARS (атипичной пневмонии), как во времена «свиного гриппа» и так далее. Хотя, чего ещё мы должны ожидать от страны, народ которой в XX веке выстоял и победил в боях с четвёркой сильнейших противников: сначала императорской Японии, потом Франции, США, а в 1979 году — и Китая. Умение организованно воевать помогает в борьбе не только с вооружёнными противниками, но и с заразой, и стихиями. Неумение — усугубляет последствия и множит число жертв.

Надеюсь, что по итогам этой пандемии будут внесены какие-то дополнения и изменения в отечественные медицинские регламенты — их обязательно надо внести. Очень много вскрылось тех недостатков, о которых даже не подозревали или же наличие которых, несмотря на обоснованную критику, отрицали некоторые ответственные лица, заявляя, что всё у нас хорошо, всё — как надо и как оно должно быть.

Самый главный урок этой пандемии оказался почти целиком антикапиталистическим: деньги, оказывается, в здравоохранении, в медицине решают далеко не всё. Иногда — почти ничего не решают, а только усугубляют последствия. Сравним ход эпидемии в том же Вьетнаме и в США. Медицина США, несомненно, более развита и более богата, чем вьетнамская, — пожалуй, даже в несопоставимое число раз. Богаче вьетнамцев и американские граждане. Но, увы, так же несопоставим уровень смертности от COVID-19 приведенный, скажем, к 100 000 жителей. Экономические соображения, поставленные позади соображений эпидемиологии, дали во Вьетнаме прекрасный результат. Если не нравится сравнение с Вьетнамом, можно обратиться для сравнения к опыту Южной Кореи. Смогли же там организовать продиводейстие коронавирусной эпидемии? Смогли! То же самое произошло и в Китае. А в США период «раскачки» обошёлся в десятки тысяч погибших. И при этом мы помним, как смеялись над мэром Чикаго, объявившим карантин, когда в этом городе не было ещё ни одного заболевшего. Кстати, сейчас Чикаго по эпидемиологическим данным смотрится намного благополучнее Нью-Йорка.

Отсюда — страшный для адептов мантры «рынок решает всё» и «деньги всему голова» вывод: важен не размер трат на медицину, а то, как ты их используешь. Кто не верит — может сравнить параметры медицины Кубы с такими соседними территориями, как штат Флорида (США) и Демократическая республика Гаити.

Тем не менее, в целом катастрофы с медициной, с неподготовленностью больниц и т. д. — не случилось. Не случилось его ни в европейских странах, ни в США. Что-то страшное показывали первое время про Италию, в Бергамо и в Ломбардии, но и там более-менее ситуация нормализовалась. Хотя, конечно, на начальном этапе было не просто плохо, а очень-очень плохо. Многие богатые итальянцы, заболевшие чем-то похожим на коронавирус, успели выскочить в Австрию и Швейцарию, чтобы их лечили за деньги, а не «как всех». Но, повторю, медицина показала: деньги ничего сами по себе не решают. Даже пресловутые аппараты искусственной вентиляции легких (ИВЛ), о наличии которых так беспокоились и число которых так судорожно подсчитывали, не настолько важны, как постоянно находящийся и умеющий действовать персонал при них. Если цифры верны, то в Китае на ИВЛ спасали 6 из 10 больных с тяжёлой формой коронавирусной инфекции, а в США, с их лучшей в мире медициной, где нет проблем ни с количеством аппаратов ИВЛ, ни с количеством коек или больничных мест, на этих аппаратах погибали 9 из 10 больных.

Такое жуткое соотношение, если эти цифры верны, говорит о том, что в отсутствие специалистов, непрерывно отслеживающих состояние больного, подключение к ИВЛ равносильно гуманной эвтаназии… Грань между двумя состояниями: а) больной дышит, потому что ему обеспечивают дополнительную вентиляцию лёгких, и б) больной погибает из-за разрушения альвеол повышенным давлением воздуха от ИВЛ, — очень тонка. Но здесь уместно вспомнить историю с вентиляцией лёгких и «искусственными лёгкими» во времена эпидемии полиомиелита 1930-х—50-х годов. Это была совсем другая болезнь, но на первых порах применение искусственных лёгких было практически смертным приговором для больных, этими аппаратами не сразу научились пользоваться в нужном режиме.

Возможно, в Китае, в отличие от США, сумели обеспечить непрерывное дежурство медицинского персонала при больных, находящихся на ИВЛ. Возможно, в современных Соединённых Штатах больше надеются на электронику. Где фильмы про врачей — там писк датчика: бип-бип-бип… И тут же вопль: «Эй! Срочно реанимировать, мы его теряем!!!» Эти моменты необходимо дополнительно исследовать, но пока статистка показывает, что чем лучше оборудована больница, тем больше там смертность на ИВЛ. Это очень странно и требует, повторюсь, отдельного изучения.

И ещё — ни одна из прогрессивных, перспективных, принимаемых традиционных/нетрадиционных практик пока не показала стопроцентной эффективности против коронавируса нового типа. Возможно, не только потому, что они неэффективны, нет. Возможно, только потому, что нормальные клинические испытания ещё не прошли. Например, не оправдались надежды на «Арбидол». Не оправдались надежды на другие лекарственные препараты. Но эти факты были установлены на группах, выборках из 30, 34 больных… Даже тут мы ничего не можем сказать с полной уверенностью. На столь маленьких выборках статистика может быть какой угодно.

Я уже говорил, что моральный настрой как больных, так и врачей, которые их лечат, в невероятной степени влияет на работу иммунной системы человеческого организма. Если люди верят, что лекарство им помогает, то оно им помогает. К сожалению или к счастью, люди — не крысы. На них так, как на лабораторных крысах, опытов не поставишь. Человеческая психика, психосоматика — страшная сила, очень сильно, к сожалению, искажающая те параметры, которые так любит доказательная медицина. Здесь мы просто не можем сказать и поставить никакой точки, просто ждать дополнительных исследований…

Уроки, уроки — только кто и когда будет их учить?

Это — про медицину, а теперь — про общество. Пандемия COVID-19 действительно будет иметь долгосрочные последствия. Многие футурологи и прочие предсказатели будущего считают, что она изменит мир навсегда, что теперь люди будут больше работать на «удалёнке», меньше ездить в офисы и т. д.

Я бы сказал, что нет, этого не случится. Пока у нас такой мир, в котором начальству психологически важно видеть подчинённого у себя под рукой для непосредственного воздействия на него. Пока у нас не устранена система отношений «надсмотрщик на плантации»—»раб на плантации», о массовой «удалёнке» лучше забыть. Извините, все работающие понимают, что, собственно говоря, даже такие замечательные термины, как «супервайзер», они же оттуда идут, «надсмотрщики» будут предпочитать, при любой возможности, непосредственный контроль за работником со стороны работодателя и его представителя (что часто ещё хуже самого работодателя).

Часто говорят, что после пандемии люди будут строже соблюдать социальную дистанцию и т. д. Пожалуй, тоже нет. Уже сейчас видно, что в условиях пандемии у многих людей, особенно — находящихся в режиме «самоизоляции» (о, какой глупый термин! видимо, дальше будет: если вы заболели, то сами виноваты, недостаточно «самоизолировались», а власти тут ни при чём), то есть честно выполняющих распоряжения «сверху», возникает и растёт тактильный голод. Им не хватает близкого человеческого общения вне семейного круга. Им не хватает просто возможности пойти куда-то в кафе посидеть — не ради еды даже, или просто погулять, посидеть в парке на лавочке. Странно, конечно, что в Москве закрыли парки, — видимо, боятся, что не смогут их контролировать, а это далеко не самый лучший вариант. Как бы ни был труден такой контроль — что, у нас не хватает росгвардейцев, скажем? И им будет тренировка, и народу от них — очевидная польза.

Ещё месяц такого карантина (я сужу пока по Москве и могу неверно судить о ситуации в других регионах России, где другие порядки, а тем более — в других странах) может привести к серьёзнейшей социальной напряжённости. Потому что ощутимая социальная напряжённость в нашем обществе была и до коронавируса. А теперь на неё сверху накладываются дополнительные нагрузки, ограничивающие пространство социальной свободы и, следовательно, пространство социальной ответственности.

Более того, судя по всему, те же процессы идут и в других странах (смотрим на штат Мичиган, где прошли вооружённые демонстрации протеста против карантинных мероприятий). Можно сколько угодно рассуждать об избыточности блокады Уханя и других китайских мер, но в почти полуторамиллиардном Китае сегодня, как выяснилось на общем фоне, особенно — в сравнении с США и европейскими странами, очень небольшой процент как заболевших, так и умерших. Там снимают карантинные меры. Никакой «второй волны» коронавирусной инфекции у них пока нет и, похоже, в ближайшее время не будет. Особенно поучителен тот факт, что китайское общество справилось с заразой, помогая властям и доверяя властям.

С другой стороны, эту эпидемию и могли, и должны были локализовать в Китае. И всё, что сейчас происходит в Европе, в США; всё, что начало происходить в Африке, где уже разворачивается тестирование на новый штамм коронавируса, — это следствия тех ошибок в карантинной политике, в учёте и контроле за перемещениями людей по всему миру, которые были допущены в ходе вспышки COVID-19 в КНР.

Сейчас часто говорят, что, мол, китайцы дают недостоверную и неполную информацию о коронавирусе в своей стране. Я не считаю, что они врут, — наоборот, их данные как раз наиболее достоверные пока. Но если даже предположить, что они что-то скрывают, занижают масштабы инфекции, то вряд ли это делается «с потолка». Соотношение между цифрами заболевших и умерших по регионам Китая в любом случае показательно, и соответствует действительности. Поэтому надо изучать, как они добились локализации коронавируса в Ухане, а не угрожать, что, мол, такой-сякой Китай не предупредил одного американского политика, а был обязан, поскольку все и всё обязаны этому американскому политику.

Это ещё один урок нынешней пандемии: даже если у тебя есть такая большая дубинка, какая и не снилась Тедди Рузвельту, это ещё не значит, что все будут тебя заранее предупреждать о тех неприятностях, которые ты сам себе создаёшь…

Китай показывает нам, что системы противоэпидемических мер существуют, они отработаны, они достаточно эффективны и принимаются обществом без социального взрыва. Пример Южной Кореи показывает, что можно выправить положение, загнать инфекцию в рамки даже в капиталистическом государстве, государстве гигантских, в том числе — транснациональных, корпораций. И что это возможно даже при неблагоприятном развитии событий, когда распространение коронавируса по Южной Корее произошло из-за действий религиозной секты. Причём это было достигнуто не столько благодаря действиям правительства, сколько достаточно законопослушное население само добровольно, без введения никаких чрезвычайных ситуаций, чрезвычайных положений, соблюдало многие нормативы и справилось с этой ситуацией. Даже не сильно обрушив пресловутые «интересы бизнеса».

Сейчас в мире есть несколько стран, где решили не вводить строгие карантинные меры и не устраивать своего рода краш-тест для экономики и населения. Но на две из них больше всего обращают внимание, врачи, эпидемиологи, и я вот в том числе очень интересуюсь. Это Республика Беларусь и Королевство Швеция, где решили не принимать меры жёсткого карантина, понадеявшись на сознательность своих граждан, на эффективную систему здравоохранения, которая должна быть готова к подобным чрезвычайным ситуациям.

И пока мы не видим ни в той, ни в другой стране аварийной ситуации. Хотя смертность в Швеции от COVID-19 достаточно высока, на уровне большинства европейских стран, где вводился карантин, и даже выше большинства регионов США. Давайте назовём вещи своими именами: на территории США есть большая помойка — Нью-Йорк, которая даёт уже больше трети жертв коронавируса по Соединённым Штатам. А в остальных штатах и мегаполисах ситуация намного лучше…

Так вот, даже в условиях относительно высокой смертности власти Швеции не спешат вводить какие-то ограничения, нет жёстких карантинных мер, принятых в Европе. Они дают населению перезаражать друг друга и переболеть. И, в общем-то, пока это у них получается, несмотря на то, что более двух тысяч человек в Швеции уже умерло, и, конечно, эта цифра будет расти. Правда, сами шведы настолько дисциплинированы, что многие из мероприятий, которые в других странах приходится вводить насильно, они соблюдают действительно добровольно: соблюдают правила социального дистанцирования, личной гигиены, ношения масок.

Нет смысла спорить, помогает или нет ношение масок при COVID-19, а если помогает, то насколько. Просто есть некоторые правила поведения во время эпидемии, и шведы им следуют.

То же самое можно сказать про Республику Беларусь. С одной оговоркой: если там ничего экстраординарного не случится в связи с началом необходимых весенних полевых работ, если там не начнут — в подхалимаж высказываниям президента страны или, наоборот, «тайно диссидентствуя» — изменять статистику.

Беларусь, в отличие от Швеции, ещё и полностью игнорирует рекомендации ВОЗ — то есть выступает, таким образом «контрольной группой», необходимой в любом эксперименте. Понимаю, что говорить о эксперименте, в ходе которого массово умирают люди, несколько цинично, но медицина в определённом смысле вообще очень цинична. И в чрезвычайных ситуациях врачи имеют право определять, кому жить, а кому умирать, — и делать выводы даже из самых ужасных трагедий: именно для того, чтобы такие трагедии больше не повторялись.

Небольшое замечание по Ирану: в этой стране наблюдается аномальный для региона уровень заболеваемости и смертности, а также это единственная страна в мире, где доказанно прошла «вторая волна» заражения коронавирусом. Во всех других странах — это либо спекуляция на статистике, либо просто растянувшееся «плато», которое трактуют как «вторую волну». А в Иране «вторая волна», безусловно, была. Но сейчас там ситуация нормализуется, поскольку, по всем данным, этот всплеск был связан с проведением сельскохозяйственных работ, а теперь посевная закончена. Возможно, не находись Иран под шантажом «международных санкций», ему не потребовалось бы таких усилий на обеспечение посевной. Жертвы «второй волны» в Иране — целиком на совести политиков, считающих, что бороться с «тираниями» в той или иной стране следует всячески ухудшая жизнь народа в этой стране, чтобы люди побыстрее восстали и свергли «тирана». Это крайне опасное политическое заблуждение.

Что касается России — вирус сильно ударил по социально-экономической ситуации в нашей стране. Мало того, что люди, находясь на самоизоляции, на карантине, теряют работу, теряют средства к существованию. Мало того, что у них очень плохой психологический настрой… Запрет на прогулки был, по-моему, самой тяжёлой ошибкой. И больше такой ошибки, я надеюсь, медики не допустят, придумают способ, чтобы она больше не повторилась. Как-то надо это продумать, особенно для детей. Потому что люди сидят взаперти в пыльных помещениях. Иммунитет и всё прочее у них падает настолько, что мы уже получаем людей с обострившимися собственными хроническими болячками, которые точно так же перегружают медицинскую систему, которые точно так же становятся восприимчивыми к инфекционным болезням, в том числе — и к коронавирусу нового типа. Но не только к нему.

В результате мы получаем, извините, очень плохую весну. Весна и так — время пониженной функциональности иммунной системы. Сейчас мы по ней ударили ещё — со страшной силой. Мы ещё не знаем, каким будет лето, какой будет погода, поэтому я ничего хорошего не жду. По окончании карантина, скорее всего, всей стране придётся столкнуться со всплеском других болезней, вплоть до пищевых отравлений. Плавно будут выводить страну из карантина или не плавно — от этого ничего не изменится: «посткарантинный» всплеск заболеваемости в нашей стране, по ряду прогнозов, которые хорошо бы не подтвердились, будет такой, что число его жертв может превысить число жертв от коронавирусной инфекции.

Поэтому, на мой взгляд, никаких «плавных переходов» — отменять, так отменять! В любом из субъектов Федерации, где карантин вводился, свою роль он сыграл. Подготовить медицинские учреждения за полтора месяца нам удалось… А что дальше?

Посмотрите, например, на тех, кто живёт в 11-метровых студиях где-нибудь в «Новой Москве». И подумайте сами, стоит ли дальше продолжать карантин и как можно удержать этих людей, когда у них закончатся деньги, когда они больше не смогут выплачивать ипотеку и кредиты, не смогут кормить семью. А вы ещё начнёте их штрафовать за «нарушения режима добровольной самоизоляции»? Ещё раз повторю: социальные последствия могут оказаться намного хуже медицинских и экономических. Повторения 1917 года, скорее всего, не будет, но не исключено, что и 1917-й покажется ерундой.

А экономические последствия принятых противоэпидемических мер, которые были оправданы только результатами «оптимизации» отечественной медицины, убравшей из неё вроде бы «излишние», но по сути — резервные мощности, на мой взгляд, очень тяжелы. Падение цен на нефть, усугубленное падением туризма, снижением числа авиарейсов, морских рейсов, потребления топлива… Впервые за всё время пандемий у нас они совпали не с войнами, а с глобальным экономическим кризисом.

Это, по своим параметрам, ещё не Великая депрессия, но даже по ситуации в таких богатых развитых странах, как США и Германия, смело можно говорить, что по уровню безработицы налицо не рядовая рецессия. Этот показатель уже на уровне серьёзнейших кризисов конца XIX века. И дальше некоторое время будет только хуже — особенно в странах, где большую часть ВВП уже давно даёт не промышленность, не реальный сектор экономики, а сфера услуг. Даже домну можно запустить вновь, хотя это трудно и затратно, или же снести её и построить новую, если не поможет.

А вот сфера услуг не восстановится без наличия платёжеспособной массы потребителей этих услуг. И даже раздавая им деньги или разбрасывая их с вертолётов, ситуацию не исправить. Поэтому валятся целые отрасли: туризм, шоу-бизнес, большой спорт, отели, рестораны. Прощай, новый постиндустриальный мир! Добро пожаловать обратно в индустриал: к шахте, к разгребанию мусора вручную, к перетаскиванию телеги: «Копай больше, кидай дальше, отдыхай, пока летит».

Это мы уже получили, это мы уже видим. Политики, откройте глаза! Вам разгребать последствия этой ситуации, созданной, в том числе благодаря реакции на пандемию, которой могло бы просто не быть, если бы чуть-чуть лучше контролировалась социальная мобильность и движение людей из заражённой страны. Ещё раз повторю: сейчас многие политики пытаются валить всё на Китай, как делает это президент США: «Китайцы вовремя не предупредили! Скрывали информацию, скрывали всё, они нам ничего не сказали…» Мол, мы такие все в белом, а они — враги и должны оплатить нам все убытки, связанные с пандемией COVID-19…

А ведь ничто так не характеризует политиков, как публичное признание в собственной некомпетентности. Что ты за лидер, если самоустраняешься от решения проблем, перекладывая их на чужие плечи: «Я тут не при делах, выкручивайтесь как хотите». Значит, у тебя не работают ни спецслужбы, ни учёные, ни государственный аппарат, — вообще ничего. Или ты сам не способен правильно оценивать ситуацию и принимать необходимые решения. И в том, и в другом случае ты занимаешь не своё место. Это — игра с огнём, которая приводила к краху и не таких сообществ, как США. Древний Рим пал даже по меньшему поводу…

Ещё раз хочу повторить: это была и есть, по большому счёту, учебная ситуация. Мы бесконечно скорбим по всем, кто умер во время этой пандемии и от неё. Но, с другой стороны, сколько людей остались в живых, не погибли вследствие автомобильных аварий, авиакатастрофах и т. д.? Это ещё стоит посчитать, хотя жертвы — всегда жертвы, независимо от того, погиб один человек, тысяча или миллион. Коронавирус уже унёс жизни более чем 230 тысяч человек. И сколько ещё погибнет — неизвестно. Особенно — с учётом того, что ни Африку, ни Латинскую Америку COVID-19 пока почти не затронул.

Тем не менее, эту вирусную атаку саму по себе нельзя считать катастрофой для человечества. Катастрофой её делает наша неадекватная реакция. Так что новый коронавирус стал очень серьёзной учебной тревогой, но даже с ней далеко не все справились.

Фёдор Лисицын

Источник: zavtra.ru

Новости партнеров (RedTram)
Loading...

Related articles

  • Каким будет мир после пандемии: сценарии и действующие лица

    Обновление мироустройства Банальностью стало утверждение о том, что мир после коронавируса радикально изменится. При этом одни эксперты утверждают, что произойдут слом глобализации и чуть ли не возврат к Вестфальской системе, другие уверены в том, что глобализация 2.0 лишь ускорится под воздействием внешних угроз, выходящих далеко за рамки национальных границ. Международная кооперация, институты межгосударственного сотрудничества, включая

  • Заговор против человечества был анонсирован полвека назад

    О книге Збигнева Бжезинского «Технотронная эра» Слово «заговор» в обороте уже полвека. Оно используется для дискредитации тех политиков, экспертов, общественных деятелей, которые пытаются доказать, что на планете выстраивается новый мировой порядок в интересах хозяев денег –  главных акционеров Федеральной резервной системы США: мол, всё развивается само собой и никакого заговора, никакого тайного плана переустройства мира нет. Я

  • Смерть смерти

    Есть два события, которые неизбежны в жизни каждого человека, — рождение и смерть. Как быстро после пандемии люди захотят зачинать детей — отдельная история. Пока после всех известных нам пандемий численность населения Земли всегда увеличивалась. С момента «гонконгского гриппа» 1968 года, которым переболела половина тогдашних жителей планеты, нас стало больше в два с лишним раза.

  • Блокировка экономики в условиях COVID-19 – провокация глобального масштаба

    Никаких статистических подтверждений… Предпринятая в большинстве стран мира блокировка экономики в условиях так называемой пандемии коронавируса – большая ошибка, если не сказать провокация глобального масштаба. Она готовилась задолго. Окончательное решение о начале спецоперации под кодовым названием COVID-19 было принято на закрытом заседании саммита Всемирного экономического форума в Давосе (21-24 января 2020 года). Оглашено решение было через неделю Всемирной организацией

  • Пандемия блицкриг начался

    Управление катастрофами как новая реальность грядущего передела мира Война как социальный институт выполняет несколько функций: отбраковка нежизнеспособных сообществ, перераспределение активов, сжигание пассионарности, инициация работы «социальных лифтов», «первичное упрощение» управления и так далее. Может быть, правильнее сказать в прошедшем времени – когда-то война эти функции выполняла. С банкротства переоцененных интернет-компаний (пузырь доткомов), с падения «башен-близнецов» 11

Авторские права

Материалы, опубликованные без указания источника принадлежат ЕГК, и/или авторам произведений публикующихся от имени ЕГК.

Все представленные материалы являются частным мнением, и не претендуют на опровержение или подтверждение иных взглядов.

Материалы

Использование материалов ЕГК допускается с указанием источника. Электронные документы в формате PDF свободны для распространения.

КОНТАКТЫ

Почта: geoclub.info@gmail.com Вступить в клуб
Правила клуба